Три уровня отождествления

В очередной раз прошу смотреть на предложенные примеры и метафоры как можно шире, не позволяя себе заблудиться в словах.

Что такое отождествление? Психология обычно рассматривает это явление как срастание личности с чем-то внешним по отношению к ней самой. Если в чистом виде личность говорит о себе «Я — это Я», то в состоянии того или иного отождествления формулировка меняется на «Я — это то-то», с указанием чего-то конкретного, с чем произошло срастание.

Естественно, все это происходит незаметно для самого «Я». Отождествление — процесс сугубо бессознательный. «Я» совершенно не замечает того, как начинает вкладывать себя во внешние объекты или ценности. Однажды оно просто обнаруживает, что что-то, казалось бы для него постороннее, вдруг стало жизненно важным, вплоть до того, чтобы поставить ребром вопрос о жизни и смерти.

В абстрактном виде звучит не вполне понятно, поэтому проще показать сущность этого явления на примерах.

[[Продолжение — как глубока кроличья нора]]

((На каком уровне застряли вы?))

Отождествление
со внешними ценностями

Возьмем для пущей наглядности какого-нибудь ярого футбольного болельщика. Что с ним происходит, когда его любимая команда выигрывает? Он испытывает прилив положительных эмоций, он рад победе и горд достижениями команды точно так же, как если бы он сам был ее частью, как если бы он сам забил решающий гол.

А что с ним происходит, когда команда проигрывает? Он на полном серьезе чувствует себя несчастным — он испытывает горе и стыд, как если бы это было его личное поражение, как будто это он дал неправильный пас или собственноручно пропустил гол. Он злится на свою команду потому, что бессознательно чувствует себя соучастником их проигрыша, но не хочет брать на себя за это ответственность.

В этом примере болельщик отождествил себя с командой, за которую болеет. То есть, даже не так: «боление» за команду — это и есть самая примитивная форма отождествления. Для болельщика «Я — это моя любимая команда», «Ее победы — мои победы, ее поражения — мои поражения».

Отсюда же происходят и кровопролитные войны между болельщиками противоборствующих команд, ведь оскорбление «моей» команды — это оскорбление меня самого, а свою честь нужно защищать! То есть, в конечном счете, для болельщика все сводится к его собственному ущербному Эго, а на реальную команду ему в общем-то плевать. Победы и поражения команды он принимает лично и близко к сердцу только потому, что эта команда магическим образом стала тождественна его собственному «Я».

Подобное отождествление — это один из способов избегания сложностей реальной жизни, когда она подменяется вымышленным мирком с простыми правилами и ценностями, где ни о чем не нужно думать, а достаточно только примитивно реагировать по общеизвестной программе.

Отождествление позволяет забыться, погрузиться в иллюзорный мир иллюзорных ценностей, поверить в него всей душой и оставить более сложный реальный мир более реальных ценностей и более реальных проблем далеко позади.

Обратите внимание, что речь идет не о противопоставлении истинного и ложного, реального и нереального, а о БОЛЕЕ реальном и МЕНЕЕ реальном. Это важный момент, потому что отождествление может быть многоуровневым, с погружением в мир иллюзий все глубже и глубже на каждом новом этапе. Например, чтобы «полноценно» отождествиться с футбольной командой, нужно еще до этого пребывать в состоянии определенного отождествления.

Пример с футбольной командой только один из множества возможных. С тем же успехом можно было бы рассмотреть отождествление с партией, с религией, с родиной, с любимой рок-группой или любым другим своим личным идолом. Сотворить себе кумира, а затем защищать его ценой своей жизни, можно из чего угодно и из кого угодно — комментарии к соответствующим статьям тому пример.

Но это все примеры примитивные и потому скучные. Психология щелкает проблему подобного отождествления на раз — к любому психологу можно пойти и он поможет от такого поверхностного отождествления избавиться… было бы желание. Но его-то как раз и нет, потому отождествление возможно только, как бессознательный процесс.

Знать о своем отождествлении — значит уже избавиться от него. Бывает правда и промежуточное состояние, когда человек только догадывается о наличии какого-то отождествления, но не может его окончательно ухватить своим сознанием. Тогда психолог может помочь, но только при одном непременном условии — он сам должен быть свободен от этого самого отождествления. Это важный момент, не упускайте из виду — ниже пригодится.

Избавление от отождествления, когда оно происходит, приносит с собой чувство пробуждения ото сна — как будто пелена с глаз спадает, и человек видит мир в истинном свете. Но как одно отождествление наслаивается на другое, так и освобождение от одного не освобождает от другого. Болельщик может очнуться ото сна и увидеть, насколько шире и богаче мир вне футбола — это приносит ему чувство свободы и счастья, но на более глубоком уровне он так и продолжает спать.

Отождествление
со внутренними ценностями

Теперь для полноты картины рассмотрим другие примеры, более глубокого уровня. Но заметьте — как бы глубоко мы не погружались, принцип остается все тот же: при отождествлении то, чем мы являемся, переносится и срастается с тем, чем мы НЕ являемся. И с каждым витком нового отождествления, мы все больше удаляемся от нашего истинного и первоначального «Я» и все более несчастными становимся.

Чтобы опуститься глубже, нам нужно вспомнить, что такое Персона в юнговской модели психики. Можно было бы обойтись и без нее, но тогда придется заново объяснять то, что мы уже подробно обсуждали. Если кто-то тему пропустил, читайте соответствующую статью — Тень и Персона. А здесь напомню в двух словах самую суть.

Есть наша сознательная личность со всеми ее чертами и качествами. Под давлением воспитания, часть своих качеств, которые поощряются родителями и обществом, мы складываем в стопочку под названием «Персона», а все остальные прячем с глаз долой в сундук под названием «Тень». Таким образом получается, что Персона содержит те наши врожденные и приобретенные качества, которые позволяют нам получать всеобщее одобрение. Персона — это наша маска, подставная личность, первоначальная задача которой обмануть окружающих и получить от них любовь, признание и прочие бонусы.

Персона содержит в себе наш характер, который мы десятилетиями взращивали и оттачивали, наши идеалы, наши драгоценные принципы, вызывающие восхищение в чужих глазах. Персона — это ложь всей нашей жизни, которую мы возводим в высшую ценность, называя это своей индивидуальностью и уникальностью.

Но до тех пор, пока мы врем только окружающим, ничего страшного не происходит. Проблемы начинаются тогда, когда мы сами начинаем верить в свою ложь, когда маска перестает быть маской и становится лицом — то есть, когда мы отождествляемся со своей Персоной. Так происходит погружение в мир ценностей того социума, в котором Персона была сформирована.

С этого момента человек начинает искренне верить в абсолютное значение социальных ценностей — той условной системы координат, которая определяет, что такое «хорошо» и что такое «плохо» в рамках данного конкретного социума.

На этой почве и возникают все самые серьезные социогенные неврозы, поскольку всякий внутренний конфликт в своей основе имеет как раз столкновение абсолютных ценностей с условными. Когда отождествления с условными ценностями нет, абсолютные легко берут верх в любом споре, и человек безо всяких внутренних терзаний живет в согласии со своей природой. Но когда отождествление уже случилось, условные ценности набирают достаточный вес, чтобы давление в психическом паровом котле резко начало расти. Последствия очевидны.

Здесь начинается вотчина глубинной психологии, и сюда заглядывает уже далеко не каждый психолог. А еще более «не каждый» может помочь решить проблемы этого уровня. Выше было сказано именно об этом — чтобы помочь другому человеку преодолеть отождествление, психолог сам должен быть от него свободен, иначе все его слова и изощренные технические приемы не будут иметь никакого толка.

Отсюда следует вывод, с которым далеко не всем психологам будет легко согласиться: чтобы по-настоящему эффективно лечить социальные неврозы, психолог должен сам находиться вне социальной системы координат. В противном случае, все его действия будут только еще больше усугублять социальное отождествление у пациента. А значит почва для возникновения новых внутренних конфликтов будет только укрепляться, а значит вместо лечения, пациенту будет нанесен только вред…

Именно этот момент ставит под большое сомнение современные психотерапевтические технологии вроде того же НЛП — одно дело уметь трансформировать и перепрограммировать сознание, и совсем другое — знать, в каком направлении это следует делать. Какими бы эффективными техниками психолог не владел, конечный результат его работы зависит от того, смотрит ли он на ситуацию пациента с более высокой орбиты или же он сам вовлечен в те же самые иллюзии.

Это был второй уровень отождествления. Не самый сложный, но на нем и так срезается подавляющее большинство искателей истины. А есть и еще более глубокий уровень, о котором те же искатели догадываются, но который им никоим образом не светит, пока не будут пройдены и оставлены далеко позади более простые уровни отождествления.

Божественный гипноз

И снова рассмотрим простой пример. Когда мы спим и видим яркий сон с четким последовательным сюжетом, мы принимаем все в нем происходящее за чистую монету — искренне переживаем, искренне радуемся и искренне страдаем. И только после пробуждения мы с радостью или печалью понимаем, что это был всего лишь сон.

В состоянии сновидения мы полностью отождествлены с нашим персонажем, даже если он не похож на нас «настоящих». А поскольку внешний мир есть интерпретация объективной реальности субъективным воспринимающим аппаратом, то отождествление с этим самым аппаратом приводит к стойкой иллюзии, что интерпретация — это и есть объективная реальность. Надеюсь, не слишком сложно получилось, но если не понятно, то и ладно… не все сразу, значит.

Так вот, сновидец искренне верит в ту картину, которая перед ним разворачивается, и все-таки мы точно знаем, что сон — это только сон, загадочная игра нашего разума. Сон заканчивается, и мы просыпаемся в реальном мире.

Эта аналогия и приводит нас к третьему уровню отождествления — к отождествлению с нашей личностью, с нашим телом, с нашими мыслями и чувствами, с нашими желаниями, надеждами и ожиданиями, с нашими горестями и радостями, с нашими победами и поражениями… с тем, что мы на самом глубоком уровне — вне всяких ролей и масок — привыкли считать собой.

То самое «Я», которое мы видим даже в самой глубине своей души — это всего лишь сновидец, с которым мы сейчас безнадежно отождествлены. А окружающий мир кажется нам таким осязаемо реальным только потому, что таков уж воспринимающий аппарат нашего сновидца. И вся трагедия этой ситуации в том, что проснуться ото сна практически невозможно до тех пор, пока сохраняется вера в его реальность, а еще большая трагедия в том, что сновидец вовсе не хочет просыпаться — он хочет, чтобы сон продолжался, потому что пробуждение равносильно смерти сновидца и действительно является таковой.

Наше «Я» до смерти боится настоящего пробуждения, поэтому весь духовный поиск так легко превращается в погоню за собственным хвостом — «Как избавиться от собственного Я, не избавляясь при этом от собственного Я?» И поэтому так абсурдны всякие попытки просветлеть по собственной доброй воле.

И все-таки окончательное пробуждение время от времени происходит — с разными людьми и по всему свету. Иногда, кажется, что пробуждение случается в следствие целенаправленной духовной практики — тогда возникает иллюзия, что повторение той же самой практики приведет к повторению результата. Иногда, кажется, что пробуждение случается вопреки всякой практике и вообще всякой духовности, и тогда кажется, что это чисто игра случая.

Теоретически, если предыдущие выкладки более-менее верны, можно предположить, что пробужденный человек может помочь проснуться тому, кто еще спит. Но даже на уровне психологии и первых двух уровнях отождествления все зависит не только от психолога, но и от готовности пациента проснуться и воспринять более широкую картину мира, сохранив при этом целостность своего сознания.

Так что же тогда предшествует окончательному пробуждению? Какого рода готовности ждет от нас Бог, природа или судьба? Какой путь предстоит пройти, прежде чем не останется ничего другого, кроме как проснуться?

Возможно, подсказка скрывается в ответе на вопрос о том, что предшествует пробуждению от сна социального. Поищите ответ сами. Но верна ли вообще вся эта гипотеза, я не знаю.

Тук-тук, Нео… проснись.