Гордость и ничтожество —
фундамент социальности
Жалость к себе и чувство собственной важности, как основа социальной жизни · 19 мая 2008 г.
В разговорах о психологии часто можно услышать расхожую формулировку, что, дескать, человек — животное социальное, а потому от природы нуждается в общении с себе подобными. Звучит по-философски красиво, но так ли это на самом деле? Что, если никакого социального инстинкта не существует?
В древнейшие времена, когда люди жили маленькими племенами, по какой причине они объединялись? Была ли там какая-то потребность в социальных контактах или это была только стратегия совместного выживания? А что нас держит вместе сейчас? Действительно ли мы нуждаемся в общении или это лишь симптом всеобщего социального невроза?
В этой статье разговор пойдет о той клейкой основе, которая формирует и удерживает всякие социальные связи. Некоторые моменты могут показаться неприглядными и не вполне очевидными, но горькая именно правда такова: социальность — это скорее болезнь, чем генетическая природа человека.
Чтобы как-то подобраться к этой сложной теме, можно начать с Фрейда и его идеи о двух основных психологических комплексах. Фрейд считал, что психика ребенка формируется под влиянием двух фигур — материнской и отцовской. Обычно, это живые мать и отец, но не обязательно так, поскольку «мать» и «отец» в психоаналитической концепции — это скорее определенный тип отношений, а не конкретные живые люди.
Материнский тип отношений могут закладывать семеро нянек, а отцовский — поп из ближайшего прихода на пару с соседским дворником. Не важно, кто именно выступает в роли психологических матери и отца, главное — специфические взаимоотношения, которые формируются между ними и ребенком.
Роль «матери» — оказание ребенку психологической поддержки. В естественной своей форме, в ней нет ничего предосудительного. Ребенку действительно нужно чувствовать поддержку со стороны, кого-то более взрослого и опытного. И если бы психика матери была достаточно сбалансированной, то не было бы и речи о материнском комплексе, как о психологической проблеме. Но поскольку в реальном мире, материнская психика, обычно, далека от равновесия, оказываемая поддержка окрашивается инфантильными эмоциями и превращается в жалость.
Мать с искаженной психикой не может по-настоящему любить своего ребенка. Фактически, она подменяет любовь жалостью, а, когда ребенок ведет себя неподобающим образом, использует свою «любовь», как средство манипулирования: «Будешь хорошим — буду любить, будешь плохим — не буду любить».
Таким образом, ребенок, вскормленный на жалостливом суррогате материнской любви, оказывается в сложном психологическом состоянии. Он не умеет любить ни себя, ни кого-либо еще — ему просто не показали соответствующего примера. По этой причине, с первых же лет сознательной жизни внутри у него формируется внутренний конфликт — чувство, что с ним что-то не так, ощущение своей неполноценности. Мать не может снять этот конфликт, и ребенок остается наедине со своей бедой — теперь он обречен искать любовь и принятие в отношениях с другими людьми.
Говоря простыми словами, эта ситуация называется — «недолюбили».
Так закладывается первый полюс внутреннего психологического напряжения — ничтожество. Это неизбывная жалость к себе и постоянный поиск любви. Но следует понимать, что такой человек еще не знает, что такое любовь, ведь ему знакома только жалость. А значит, от других людей он будет требовать именно жалости, и, встретив любовь, скорее всего, ее даже не узнает.
Когда говорят, что всякий человек нуждается в любви, речь идет как раз об этой самой проблеме — о материнском комплексе, о поиске одобрения, о жалости к себе. Никакой любви тут не подразумевается. Подобные рассуждения — это лишь форма оправдания всеобщего чувства собственной неполноценности, не более того. Человек в любви не нуждается.
Если мать учит ребенка взаимодействовать со своим внутренним миром, то роль отца — подготовка ребенка к выживанию в мире внешнем. Но, как и в случае с матерями, отцы, обычно, занимаются вовсе не тем, чем следовало бы. Вместо того, чтобы быть наставниками, они отыгрывают на ребенке свои собственные душевные проблемы и превращаются в надсмотрщиков с плетью, в виде чувства вины.
Задача отца — научить ребенка тому, как устроен окружающий мир и по каким законам он живет. Точно так же, как опытный охотник учит молодого. В такой подготовке нет места нравоучениям, но, будучи таким же «недолюбленным», отец, обычно, все воспитание сводит именно к отделению добра от зла, правильного от неправильного, хорошего от плохого. И с позиции своего старшинства и власти над своим ребенком, он берет на себя право его судить. Он становится тем, кто решает, виноват ребенок или нет.
В этой ситуации, ребенок, вместо того, чтобы учиться выживать в реальном мире, вынужден учиться выживать в выдуманном мире отцовских законов и правил. Стремясь избежать чувства вины и наказания, ребенок учится врать, увиливать или, при другом душевном устройстве, конфликтовать и бороться за власть со своим отцом. А потом, когда у него появляются уже свои собственные дети, он вываливает на них все свои накопленные обиды, и цикл продолжается.
Таким образом, отцовский комплекс — это каша из чувства вины и попыток с ним справиться. Один путь — обмануть отца, избежать ответственности и ускользнуть от наказания, другой — победить отца, захватить его власть и, тем самым, лишить его права выносить обвинительный приговор.
Так формируется второй полюс психологического напряжения — гордость. Это потребность человека в том, чтобы доказать всем вокруг свою ценность и правоту. Тем самым человек пытается утвердить свою самостоятельность и избавиться от чувства вины за себя и свой образ жизни. Здесь важно то, что человек не способен сам себя «простить», а потому он вынужден искать прощения извне.
Как и в случае с недостатком настоящей материнской любви, когда ребенок не способен сам себя полюбить, в случае с отцовским комплексом, ребенок не способен утвердить в жизни свои собственные законы, а потому изо всех сил старается соответствовать или воевать с законами чужими. Для этого ему приходится находить среди людей авторитеты, и либо следовать их указке и получать их одобрение, либо свергать их и разрушать их «закон».
На этом принципе основана всякая социальная состязательность и борьба за власть. Каждая очередная победа создает сладостное чувство успокоения — победителей не судят, а значит, победитель прав. Таким образом на какое-то время снимается внутренний конфликт. Но эффект от внешней победы всегда проходит. Заложенное с детства чувство вины требует себе новых жертв.
Я уже делал эту оговорку, но на всякий случай повторюсь. Сейчас речь шла не о конкретных живых матери и отце, а о тех людях, которые брали на себя ту или иную роль. Так, например, мать-одиночка может разрываться между двумя ролями. Или, при живых родителях, отцовскую роль может выполнять, например, дед. Поэтому, примеряя сказанное к себе, учитывайте свою собственную ситуацию.
Таким образом, именно потребность в отыгрывании гордости и ничтожества требует установления социальных контактов. Другие люди нам нужны не потому, что они так уж нам нравятся и не потому, что такая потребность заложена в нас от природы, а потому, что они дают нам возможность хотя бы на время снять внутренний конфликт — примириться с собой и избавиться от чувства вины. Давайте рассмотрим это подробнее.
Гордость или тщеславие
Самое очевидное проявление проблемы гордости — это борьба за власть. Сюда входит все, от детских споров о том, чей папа круче, до президентских выборов. Любая власть, реальная или номинальная, позволяет утихомирить чувство сомнения в собственной правоте. Всем знаком такой тип руководителей, для которых чувство власти куда важнее того, ради чего им эта власть дана.
К проблеме гордости относятся и все возможные соревнования — житейские, спортивные и политические. Победа над соперником, пусть даже и в игровых условиях, точно так же тешит тщеславие, как и обладание властью над людьми. И тут же находятся все формы сопереживания соревнующимся. Люди вступают в партии и болеют за любимые команды только для того, чтобы присоседиться к чужой победе и ощутить ее вкус опосредованно.
То же можно сказать и о любой идее и форме социального успеха — бизнес, наука, творчество. Везде, где есть сравнение одного человека с другим, можно говорить о тщеславии. Не будь у людей проблем с гордыней, они бы довольствовались тем, что им минимально необходимо. А как бы это сказалось на современном государстве, которое только тем и живет, что провоцирует своих граждан стремиться к новым горизонтам и достигать новых вершин успеха?…
В отношениях с людьми гордыня проявляется, например, как склонность давать оценки. В самой грубой форме, это примитивная критика и унижение, которые так легко пронаблюдать на любом форуме или в комментариях любого блога. Более тонкая форма — это, наоборот, похвала. Может показаться, что похвала — это возвышение собеседника, но в действительности подтекст совершенно иной. Ведь, чтобы хвалить, нужно иметь право дать оценку, а чтобы дать оценку, нужно ставить себя выше оцениваемого. Поэтому, не важно, что делает Моська — лает или облизывает — в обоих случая она отыгрывает свою гордыню.
В отношениях мужчины и женщины, гордыня также разворачивается на полную. Женщины завоевывают и подчиняют себе мужчин — формируют свою свиту, утопая в эйфорическом чувстве собственной неотразимости. А мужчины отыгрывают роль героя-любовника, чья главная задача затащить в постель как можно больше женщин и, тем самым, доказать свою состоятельность. Эта тема уже затрагивалась в статье «Мужья и любовники — два типа мужчин» и продолжена в статье о женском душевном устройстве — «Чего хотят женщины?»
Можно привести еще массу примеров, но, надеюсь, основную колею вы уже уловили и сможете продолжить список сами, исходя из собственного опыта.
Ничтожество или чувство неполноценности
Самое известное проявление полюса ничтожества — это игра в неудачника. Признав себя неудачником, человек отказывается от достижения успеха и находит для себя замечательный способ вечно бултыхаться в чувстве жалости к себе. Таким образом, внутренний конфликт находит себе выход и утрачивает свое напряжение, особенно, если удается найти благодарного слушателя и поплакаться ему в жилетку.
Чувствительность, склонность к сомнениям, стремление нравиться всем, угодничество, подчиненность — все это находится на полюсе ничтожества. За всем этим стоит желание быть любимым, желание получить извне подтверждение тому, что я — хороший, что я достоин любви, что я имею право жить на этом свете.
Здесь же, на стороне людского чувства неполноценности, находятся многие религии, защищающие сирых и убогих от жизни в реальном мире. Самый яркий пример — современное христианство, которое со всей страстью защищает униженных и оскорбленных, давая им утешение в своем лоне и блокируя всякое их душевное и духовное развитие.
В отношениях мужчины и женщины, чувство ничтожества напрямую отыгрывается через взаимное эмоциональное утешение. Женщина играет для мужчины роль «любящей» мамы, которая погладит, поцелует, подует на ранку и спрячет от всех бед. И мужчина делает для нее то же самое — жалеет, успокаивает, утирает слезы. Кроме того, рыцарская стратегия, описанная в статье о мужьях и любовниках — это тоже мужской способ добиться недополученной «любви». А женская сторона вопроса рассмотрена в статье о противоречивости женского характера.
В социальной жизни, чувство неполноценности диктует крайне пугливую модель поведения — мнительность, чрезмерная осторожность, страх перед конфликтами, уступчивость. Все, лишь бы заслужить чужую любовь, или хотя бы избежать чужой не-любви. Поэтому такой человек все время ищет понимания, оправдывается, объясняет свои поступки. В то же время очень терпим к чужому поведению, прощая другим то, чего не мог бы позволить себе ни при каких условиях.
Маятник гордости и ничтожества
На маятнике гордости и ничтожества раскачиваются все. Разница между людьми только в амплитуде и том, какой полюс становится опорой в сознательной жизни, а какой действует преимущественно бессознательно.
Речь идет о маятнике потому что между полюсами всегда присутствует энергетический баланс. Если человек чрезмерно выпячивает свою гордыню, то со всей уверенностью можно сказать, что в глубине души он с такой же интенсивностью страдает от чувства собственной ничтожности. И наоборот, если человек старательно разыгрывает роль неудачника, нуждающегося в любви и понимании, можно утверждать, что другая сторона его души рвется на части от стремления утвердить свою гордыню.
Определенное различие можно проследить между интровертами и экстравертами. Экстраверты, поскольку они обращены во внешний мир, обычно, сосредоточены на отыгрывании своей гордыни. Им важнее добиться признания от других людей, достичь социального успеха, победить всех врагов и друзей. А интроверты, будучи сосредоточенными на своем внутреннем мире, больше фокусируются на удовлетворении своего чувства неполноценности. Им не столь интересен социальный успех, гораздо важнее для них установить такие отношения с людьми, чтобы все его любили (читай, жалели и утешали).
В то же время, каждый экстраверт, время от времени, нуждается в передышке — в том, чтобы кто-то их успокоил и утешил, после того, как утверждение собственной гордыни по какой-то причине дало сбой. Тогда, экстраверт вынужден зализывать раны и для этого, обычно, находит себе поддержку в другом лагере — среди интровертов, отлично умеющих жалеть себя и других.
И то же самое происходит с интровертами. Одной жалости к себе им не бывает достаточно и, хотя бы изредка, они нуждаются в инъекциях похвалы и общественного признания. Для этого они обращаются за помощью к заядлым гордецам — экстравертам.
Вот вам и основа всякой социальности. Внутреннее противостояние гордости и ничтожества находит свою энергетическую разрядку в отношениях с другими людьми. Друзья, любовники, родственники нужны нам потому, что мы не можем своими силами сбалансировать свой внутренний мир, а потому мечемся из стороны в сторону — утверждаемся и утешаемся в объятьях друг друга.
Весь социум опирается на внутреннюю неустроенность людей. Деньги, поп-культура, наука, войны, религии, отношения — куда не глянь, везде мы найдем противостояние полюсов гордости и ничтожества. Убери из уравнения внутренний разлад, и, лишившись цементирующего состава, храм социальности рухнет от первого же дуновения ветра. Но, поскольку в создании и укреплении описанной игры участвуют все поголовно, здание социальности так крепко, что может выдержать любой ураган.
Выход из ситуации
Мудрецы говорят: «Не пытайся изменить мир — измени себя». Нет смысла сражаться с ветряными мельницами, в попытке что-либо изменить в окружающем мире. Все что можно сделать — это перестать раскачивать свой собственный маятник, и, когда он будет близок к остановке, просто спрыгнуть с него.
Практическая сторона вопроса слишком индивидуальна, чтобы подробно ее расписывать. Важно понять главный принцип — попытка утвердиться на любом из полюсов не решает внутреннее уравнение, а только увеличивает психологический дисбаланс.
Может казаться, что с достижением какого-то рубежа в социальном успехе, наступит расслабление, и борьба прекратится сама собой. Но это не так. С каждой ступенькой на пути укрепления гордыни, полюс ничтожества и чувства собственной неполноценности становится только сильнее, а потому с каждым шагом будут требоваться все новые и более масшатбные победы. Поэтому погоня за достижениями и успехом никогда не прекратится — она может лишь набирать скорость, как течение реки перед водопадом.
То же самое с жалостью к себе — ее никогда не бывает достаточно. Утешение, каким бы полным оно ни было, оставляет внутренний конфликт незатронутым — вторая половина души, так и будет рваться к социальным вершинам, раскалывая психику напополам.
Из этой игры нет другого выхода, кроме как перестать в нее играть. Но представьте, насколько это сложно, ведь в попытках остановиться в игру включаются все те же демонические силы. Жалость к себе будет требовать продолжения банкета, а гордыня будет отстаивать право на самоутверждение. И даже когда человек понимает, что игра ведет в тупик и на полном серьезе пытается сойти с этого поезда, он опять оказывается в ловушке — гордыня теперь отыгрывается через чувство своей избранности и особенности, а чувство ничтожества будет подыгрывать в том, чтобы уберечь этот самообман от разоблачения.
Сменить декорации легко, но очень сложно сойти со сцены…
в начало
карта сайта
мак — это все
“Практическая сторона вопроса слишком индивидуальна, чтобы подробно ее расписывать”.
Вот оно – главное – заинтриговать, дать надежду, а потом как хотите, так сами и выпутывайтесь.
В этом весь психолог Сатов.
Олег здравствуйте. Прочитал вашу статью “Гордость и ничтожество —
фундамент социальности”. Просто превосходно, аплодирую стоя!!!!!! Олег, знаете прежде чем попасть на ваш сайт, в течении месяца упорно пытался разобраться в своей жизни. Я думаю, поймете о моих проблемах, мне уже 52, мама была завуч школы, и я же в этой школе учился и более того она и классный руководитель. Жесткая советская дисциплина, везде. Меня любят если я хороший и так далее…. В 22 женился и в своей новой семье, как и дома делал ВСЕ. И самое главное, что я этим гордился. Какой я хороший. И садик и дети и школы и магазины и т д все было на мне. А я с гордостью нес этот флаг. И работать тоже успевал. Жена постепенно стала отдалятся от домашних забот, а потом и хуже в администрации подсела на спиртное. Я усиленно работал, дом всегда был на первом плане, но семья стала потихоньку разрушаться. Меня все жалели, сочувствовали, а чувство жалости к себе просто заливало меня. При этом особая чувствительность и как вы пишете угодничество и подчиненность, я бы добавил и не решительность, привела, что после 30 лет мой брак полностью рухнул. Игра в неудачника именно в семейной жизни, это как раз про меня. Но что интересно, что после распада семьи все окружающие и я в том числе продолжал себя считать идеальным мужем. Как говорится, не курил, не пил и домой все тащил. А вот вам и НЕТ. Год встречался с девушкой, а далее ваша цитата – “мнительность, чрезмерная осторожность, страх перед конфликтами, уступчивость. Все, лишь бы заслужить чужую любовь, или хотя бы избежать чужой не-любви. Поэтому такой человек все время ищет понимания, оправдывается, объясняет свои поступки. В то же время очень терпим к чужому поведению, прощая другим то, чего не мог бы позволить себе ни при каких условиях”.Я для нее все, а она ушла к другому. И я теперь понимаю почему, меня хорошего было слишком много, все делал чтоб заслужить ее любовь и похвалу, именно заслужить. Я любил когда меня хвалили и поощряли. Какой ужас, как я жил, даже не знаю. Полный бред. Олег, а теперь мой взгляд на вашу статью в свете моей истории. Я понимаю, что мой маятник круто отклонен в одну из сторон, отпустить его колебаться, можно, но где эта точка равновесия, когда надо соскочить, да и какая амплитуда качания. А она, как я думаю, у меня большая и самое главное, зависит, от длины отвеса. Чем отвес длиннее, тем и амплитуда больше, а это значит, тем нас сильнее при качании закидывает или в гордость или в ничтожество. Но что интересно, что отвес я бы сравнил с собственной самооценкой человека. Чем она, правельнее, не завышенная и не заниженная, нем длина отвеса меньше. И как следствие и амплитуда меньше и скорость движения маятника меньше. В идеале с нормальной самооценкой колебания такие маленькие, что и спрыгивать нет необходимости. Многие задавали вопрос, когда и как можно и нужно спрыгивать с маятника. Я думаю, конечно можно. Но это сложно и где-то даже опасно. Поэтому я предлагаю взглянуть на свою самооценку, как правило с возрастом она занижена, и откорректировать ее. Согласен, что это решение не одного месяца и даже года, но железно будет работать и конечный результат, я думаю всем понравиться.
P.S.А как поднять самооценку, есть довольно много информации.
Чтоб “спрыгнуть” начинать надо с истоков, с отношения к родителям. Смотрю на свою маленькую дочку и понимаю насколько она полноценне любого взрослого и как я ее обтесываю своими “плохо” и “хорошо”. Понимаю, как меня в свое время загоняли порядочностью и “что люди подумают”, из чего следовало, что я изначально непорядочная растяпа и надо мной надо усердно трудится, а то непойми что из меня получится.
С пониманием, что родители не Боги и не носители абсолютной истины, приходит понимание, что и я не растяпа, что это просто их заблуждение идущее еще от их родителей. Я так понимаю наши дети учат нас абсолютной любви не взирая на наши ошибки и положение в обществе. Так же и мы должны найти ту детскую любовь к своим родителям и простить их ошибки навсегда. Так лично в моем сердце поселилась ЛЮБОВЬ. Любовь к жизни и к людям. А больше всего к своему папе, который много сделал для того, чтоб я много лет стояла на краю смерти, не понимая в чем я так жудко провинилась перед ним. Надо сказать, что когда я перестала стесняться самой себя перед ним, он то же перестал стесняться выражать свою любовь ко мне, можно сказать увидел, что я совсе не такая плохая как он меня считал. И с мамой мы то же стали намного искреннее и теплее друг к другу относиться.
Чтоб “спрыгнуть” начинать надо с истоков, с отношения к родителям. Смотрю на свою маленькую дочку и понимаю насколько она полноценне любого взрослого и как я ее обтесываю своими “плохо” и “хорошо”. Понимаю, как меня в свое время загоняли порядочностью и “что люди подумают”, из чего следовало, что я изначально непорядочная растяпа и надо мной надо усердно трудится, а то непойми что из меня получится.
С пониманием, что родители не Боги и не носители абсолютной истины, приходит понимание, что и я не растяпа, что это просто их заблуждение идущее еще от их родителей. Я так понимаю наши дети учат нас абсолютной любви не взирая на наши ошибки и положение в обществе. Так же и мы должны найти ту детскую любовь к своим родителям и простить их ошибки навсегда. Так лично в моем сердце поселилась ЛЮБОВЬ. Любовь к жизни и к людям. А больше всего к своему папе, который много сделал для того, чтоб я много лет стояла на краю смерти, не понимая в чем я так жудко провинилась перед ним. Надо сказать, что когда я перестала стесняться самой себя перед ним, он то же перестал стесняться выражать свою любовь ко мне, можно сказать увидел, что я совсе не такая плохая как он меня считал. И с мамой мы то же стали намного искреннее и теплее друг другу относиться.
[...] Гордость и ничтожество — фундамент социальности [...]
Ochenj interesnaja statja.
Oleg, vot vy utverzhdaete, chtonuzhno perestatj gntjsja za pobedami.
A kak zhe bytj s materialjnoj storonoj zhizni? Chtoby horosho zhitj, puteshestvovatj, pozvolitj sebe avtomobilj i vse drugie prijatnye i neobhodimye veschi v zhizni, neobhodimo zarabatyvatj. A chtoby horosho zarabatyvatj, nuzhno podnimatsja po karjernoj lestnize. Postroenie sobstvennogo uspeha ochenj tesno svjazanno s pogonej k pobede.
Tak kak zhe bytj v etoj situazii? Vozmozhno li sprygnutj s majatnika, i pri etom horosho zhitj?
Budu blagodarna vashemuotvetu, nadejusj ego poluchitj.
Elena
Немножко не по теме, но хочу Вам посоветовать сайт translit.ru Очень удобно))
Олег, браво! Все правильно! Научите, как спрыгнуть с маятника.
Олег, а как же быть с инстинктами(выживания, размножения и тп)? Ведь они на ровне с гордыней являются сильнейшей мотивацией к тому, чтобы быть лучше,сильнее,быстрее,хитрее? Да и сам описанный маятник не является ли продуктом инстинктов?Если данная гипотеза верна, то сойти с маятника, в некотором смысле, – стать бесполым существом без желания жить.
Тёзка, одно дело, когда ты стремишься добиться чего-то лучшего ради самого себя. То есть, например, подняться по служебной лестнице ради большей зарплаты, чтобы удовлетворить свои нужды. Другое дело, когда ты все делаешь ради других, напоказ. “Я хочу стать большим начальником, потому что это круто и дядя Вася будет мной гордиться”
Yana, вам, как женьщине, больше понравится сильный,быстрый,хитрый мужчина или слабый,медленный простак? Не потому ли вторые пытаются выглядеть первыми именно на показ?
Может избавление в том, чтобы принять всё как есть? Принять мир и себя. Свои слабости, недостатки и достатки. И даже этот маятник принять. Тогда возможно будет покой.
А я и думаю, с чего это я постоянно критикую друзей, политику и мир в целом..? А в последнее время и вовсе стала признавать и еще всем говорить, что нужнa мне срочно власть в руки, чтобы мир в лучшую сторону изменить! вот это да! по-мойму гордость зашкаливат конкретно и плюс еще и жалость к себе: переживания как жить и что сейчас мне в таком мире делать, когда власти нет и денег особо.. и мир несправедливый такой….:)
фраза «Не пытайся изменить мир — измени себя» помогла, хотя давно ее знаю, но с этой статьей, фразу прочувствовала и стало намного лег4е! так 4то такая маленькая реклама – 4ИТАЙТЕ ОЛЕГА САТОВА!!!!!
Для буддистского миросозерцания, как и для любого НИГИЛИСТИЧЕСКОГО миросозерцания (буддизм – типичный нигилизм), не существует ДОСТОИНСТВА, т.е. того что существует “до всякой стоимости и оценки”. Реально, для этого типа мировоззрения, в мире существуют лишь садомазохистский маятник – удовольствие (по статье “гордость”) и боль (”ничтожество”). Следовательно, МИР для нигилизма – суета сует (бессмыслица) и суть СТРАДАНИЕ. Выход: либо без сожаления уничтожить мир как царство страдания (активные нигилисты), либо стать ВНЕ мира, ВИРТУАЛЬНО уйти из него, т.е. попросту стать “камнями” (пассивные нигилисты, буддисты). Разница между ними лишь в том, что первые коллективные и последовательные самоубийцы, вторые самоубийцы индивидуальные и виртуальные. Таким образом, в глубине нигилизма, как ни крути, лежит суицид и смерть.
“Западное” миросозерцание и особенно древнегреческое – отрицает мир как бессмысленное нигилистическое НИЧТО. Для христианства воплощение этой бессмыслицы – Люцифер, которого надо гнать в шею из мира. Абсолютное достоинство – Бог. Для греческого сознания, ничто – суть просто отсутствие человеческого достоинства, которое, в свою очередь, суть воплощение в человеке, через ТВОРЧЕСТВО, вечных “платоновских” ИДЕЙ (”благо”, “красота”, “свобода”, “мудрость” и т.д.)
Таким образом, нигилизм абсолютизируя ничто (ведь выхода кроме реального или виртуального суицида из него нет) пытается свести индивидуума к ничто, а греческое – к достоинству, которое РЕАЛЬНО и настолько выше суеты (садо-мазо: удовольствие-боль, “гордость-ничтожество”), что эта СУЕТА ВОКРУГ НИЧТО ставится тем, чем по сути и является – мышиной войной.
[...] Гордость и ничтожество — фундамент социальности [...]