Предательство психологии

Тяжело браться за эту статью, поскольку придется много говорить о себе. Тяжело не потому, что неприятно вытаскивать на поверхность свою подноготную, а потому что трудно это сделать, не превращая рассказ в очередное самолюбование. Ну, уж как получится.

Первоначально хотел приурочить этот текст к 1 апреля, но потом рассудил, что шутки шутками, а тема-то важная, и нужно, чтобы воспринята она была на полном серьезе, безо всяких скидок на всемирный праздник взаимного облапошивания.

Итак, без дураков…

Четыре с лишним года назад, когда сайт только готовился к запуску, возник неизбежный вопрос: как именно себя позиционировать? С одной стороны, я занимался тем, что не совсем является психологией в обычном понимании, с другой — мне очень хотелось «поиграть в психолога», с третьей — нужно было блюсти коммерческие интересы, а, значит, требовалась четкая формулировка и ясная позиция относительно того, кто я и чем именно занимаюсь.

В тот момент я рассудил, что не будет большого греха, если с небольшой, но четко обозначенной, оговоркой я назовусь психологом. Я никогда не скрывал, что у меня нет профильного образования, и что формально я психологом не являюсь, но, тем не менее, явно давал понять, что я именно психолог и есть. Тогда я оправдывал свою позицию тем, что советская школа психологии и построенная на ней система подготовки в вузах, психологией, по сути, не является, и что я в этом смысле имею больше прав называться психологом, «чем они».

Если внимательно почитать первые статьи на сайте, то там можно проследить этот мотив — я периодически нападаю на обычных психологов и указываю на их оплошности, подразумевая, что они о психологии не знают чего-то такого, что знают только «настоящие психологи»… и я среди них. В тот момент я себе это объяснял с позиции, что «настоящая психология» — это Юнг и еще несколько человек после него, а советская школа — это сплошная профанация. К слову сказать, в современной вузовской программе психологических факультетов Юнгу отводится, в лучшем случае, пара лекций, а Фрейду с его неврозом психоанализом — чуть больше.

По сути, это был такой бунт против системы, в которой я не смог или не захотел занять своего места. Вместо того, чтобы спокойно идти своей дорогой и заниматься психологией в том русле, которое мне интересно, я ввязался в конфронтацию и попытался доказать свое превосходство. С одной стороны, я не хотел быть таким психологом, какими их готовят наши вузы, с другой — мне все-таки очень хотелось числиться психологом в своем собственном понимании, а для этого надо либо доказать свой уровень знаний соответствующей комиссии, либо занять бунтарскую позицию и начать воевать с ветряными мельницами, доказывая тем самым свою крутизну.

Не то чтобы эта игра была неочевидна… нет, все было понятно с самого начала. Более того, имелись и веские причины для того, чтобы продолжать эту игру совершенно сознательно. Быть может, сейчас я бы выбрал другой способ достижения той же цели, но на тот момент ничего лучше придумать не получалось.

Речь, конечно же, о зарабатывании денег. Когда выходишь на существующий рынок со своим предложением, это предложение должно быть понятно потенциальным покупателям. Вернее, это не обязательно, но попытки продать непонятно что и непонятно, для чего, неизбежно обречены на провал, кроме тех редких случаев, когда предложение исходит от очень уважаемого продавца.

Apple, имея огромные финансовые запасы и огромный кредит доверия, может завтра выбросить на рынок что-то совершенно новое, чего еще никто и никогда не видел, и этот продукт будет принят рынком, как минимум, со всей внимательностью — потому что люди давно уже убедились, что Apple веников не вяжет, и если они что-то делают, то для этого есть очень веские основания. Фирмы поменьше и по-слабже такой роскоши себе позволить не могут — они не могут сами выпустить на неподготовленный рынок свой собственный «iPad», но зато они могут настрогать кучу его подделок вариаций, когда рынок уже принял саму идею планшетного компьютера.

Та же самая проблема была и с этим сайтом: требовалось выпустить на рынок некий продукт, который не то чтобы революционно новый, но все-таки не вполне традиционный. Можно было сказать, что это просто консультационные услуги — то, чем я в действительности (безо всяких оговорок) и занимаюсь, — но продавать абстрактные консультации незнамо кого — трудно. Гораздо проще примазаться к уже существующей на рынке нише — назваться психологом и под этой крышей делать свое дело, которое… психологией не является.

Опять-таки, я никогда не делал из всего этого тайны. В соответствующем разделе на сайте так и было написано, что к «психологам» я себя причисляю только за неимением лучшего определения. Назовись психологом, и собеседнику в целом понятно, кто ты, и чем занимаешься. Меньше мороки. Но было в этом и определенное лукавство — та самая заковыка, что мне самому все-таки очень хотелось считаться психологом… потому что я искренне верил в психологию, верил, что в своей основе она стремится к высшей возможной цели, надо только научиться «правильно ее готовить». Поэтому, вероятно, я и позволял укрепляться этому впечатлению и у себя, и у читателей сайта. Дошло до того, что я и сам потихоньку начал верить, что я — «психолог». Пришло время с этим разобраться.

Что такое психология?

Психология — это такая отрасль науки, которая пытается разобраться в функционировании психического аппарата человека и найти в нем какие-то закономерности, позволяющие понять его поведение и, при необходимости, на него повлиять. Как и всякая наука, психология преследует вполне конкретные практические цели, и именно эти цели определяют направление ее изысканий.

И здесь надо понимать, что психология с самого начала своего существования служила исключительно социальным интересам. Продолжая дело психиатрии, которая возникла гораздо раньше, психология пытается решить ту же самую задачу более гуманными методами. Задачей психиатрии было (и есть) избавление общества от людей, физически здоровых, но ведущих себя слишком странно и неудобно для окружающих. По сути, это та же полицейская служба со скидкой на признание того факта, что человек иногда совершает глупости безо всякого злого умысла, а скорее, по неизлечимому недомыслию. Наказывать таких людей грешно, но изолировать их необходимо. Можно даже проявить мнимое благородство и попытаться их «вылечить» — вправить им мозг так, чтобы они стали «как все».

То есть, по большому счету, все просто. Психиатрия избавляет общество от психов, психология избавляет общество от несчастных, недовольных, неудовлетворенных, неэффективных и тому подобных “не-“. Поскольку изолировать всех неудачников слишком хлопотно (кто тогда работать будет?), разрабатывается целая самостоятельная наука, изучающая вопросы и проблемы социальной адаптации. Это и есть психология — наука о душевных проблемах человека, существующего в рамках имеющейся социальной реальности, и порожденных этой реальностью.

Если бы такая наука еще не появилась, ее следовало бы создать, потому как она приносит великую пользу обществу и эффективно поддерживает его дальнейшее процветание. Но есть у такой психологии одно большое НО — она была и всегда будет на побегушках у своего создателя.

Ситуация примерно та же, как у какой-нибудь газеты, финансируемой правительством. Формально там может не быть никакой цензуры или навязанной редакторской политики, но как бы то ни было, не в интересах газеты порочить имеющуюся власть, потому что, если уйдет эта власть, уйдет и финансирование. Никакого принуждения и отсутствия свободы слова — издание может писать все, что заблагорассудится, но оно само не заинтересовано в том, чтобы лишний раз раскачивать лодку.

То же самое и с психологией: по причине ее «финансирования» обществом, она никогда не будет ставить под сомнение бытующие в этом обществе устои. Напротив — она будет изо всех сил их защищать и укреплять. А главной задачей психологии в этих условиях становится решение индивидуальных психологических проблем в пользу общественного интереса. Этакая психическая прокуратура, которая крайне редко и неохотно встает на сторону «обвиняемого». И психологов-адвокатов здесь тоже не предусмотрено.

И здесь ни в коем случае нельзя винить ни общество, ни созданную им научную общественную дисциплину. Все закономерно и вполне по-честному, если не пытаться увидеть в имеющемся порядке вещей того, чего в нем нет и вообще не предусмотрено.

Даже Юнг — последний и единственный оплот индивидуального в его противостоянии с коллективным — так и остался на всю жизнь активной и преданной социальной единицей — человеком, который с ранних лет хотел стать признанным «ученым», стал им и остался таковым до самой смерти (ну, или, как минимум, до самой глубокой старости, когда все книги были давно уже написаны).

Психология готова достаточно далеко зайти, в том, чтобы помочь человеку адаптироваться к социальной жизни с ее не всегда разумными ограничениями и правилами. Она даже готова оспорить некоторые из этих ограничений и оправдать право человека на выбор своего собственного пути в жизни. Более того, психология требует от человека ответственности и осознанности, честности и трезвости, решительности и бесстрашия. Но все эти прекрасные идеалы и свобода самоопределения даются человеку при одном непреложном условии: что он не предаст самого главного идеала — укрепления собственной личности и стремления к общественному признанию в рамках принятой на себя социальной роли.

Но, как только становится очевидным, что именно эта гонка и есть источник всех внутренних проблем, что беда вовсе не в том, что невротик не умеет играть в общую для всех игру, а в том, что у него внутри есть иной мотив, который постоянно сбивает его с общего ритма, мотив, который неизбежно ставит под сомнение всю социальную «Матрицу», так сразу же психология бьет по тормозам.

Психолог вам скажет:«Ок, если у вас не получается сделать карьеру, ничего страшного — это нормально. Займитесь творчеством! Не выходит с творчеством? Займитесь общественной работой. Не тянет? Займитесь спортом. Лень? Создайте семью, родите ребенка. И это не то? Ну, хорошо, так и быть, можете уйти в монастырь — станьте монахом! Видите — в нашей замечательной песочнице у вас полная свобода в выборе своего пути!» Однако тот факт, что все эти варианты в своей сути подчинены одному и тому же разрушительному мотиву, скорее всего, от вас утаят. Не потому, что таков социальный заговор, о котором осведомлены одни только коварные психологи, а только потому, что этот вопрос не принято поднимать — он относится к сфере досужей философии, а, значит, и не требует ответа, на него можно просто не обращать внимания.

С подачи психологов даже появился красивый такой термин — «самореализация», который в русской своей версии звучит очень смешно, потому как неизбежно напоминает о «реализации» залежалых товаров советском универмаге. И общество даже уже согласилось, что зарабатывать деньги ради денег или заслуживать признание ради признания — это не есть хорошо. Человек должен реализоваться! Не абы как! Нужно оставить свой след, сделать что-то важное в жизни, принести пользу, оправдать свое существование — только тогда человек может быть счастлив! И всякий бомж, несмотря ни на что, должен стремиться к чему-то большему — как минимум, к большей помойке. Стремитесь, люди — «реализуйте» свой потенциал подороже!

Но стоит психологу усомниться в непреложной ценности этого всеобщего социального марафона, как его тут же спишут на пенсию — мол, подался, бедняга, в философы — пора на отдых. А если будет сопротивляться, то еще и в социопаты запишут и в психушку упрячут, чтобы лодку-то не раскачивал. И опять, все это не потому, что есть какой-то всеобщий заговор, а лишь потому, что допустить эту мысль и позволить дать ей какие-то ростки в своем сознании до чертиков страшно — ведь вся прожитая жизнь, все самое ценное и дорогое тут же рассыплется в прах. И любого, кто будет иметь неосторожность говорить о своих сомнениях вслух, ждет печальная участь в той или иной форме: либо его сочтут безвредным философом и будут над ним посмеиваться, либо признают опасным сумасшедшим и посадят в клетку. Ничего личного, только бизнес страх.

Для психолога, как и для любого другого участника социальной игры, угроза личности равносильна и равноценна угрозе жизни. Отличие психолога от обычного человека только в том, что он подходит к вопросу защиты своей или чужой личности профессионально. В силу профессии он чуть лучше знает и умеет играть в социальную игру, но стоит поставить его лицом перед его же более глубокими сомнениями, он наделает в штаны, как и любой обыкновенный непрофессиональный невротик. Поэтому все, что ему остается, это честно выполнять свою задачу — делать все возможное для укрепления личности пациента, придания ему уверенности в собственных силах и успешной интеграции в существующий социальный порядок. В итоге имеем две социально удовлетворенных личности — сплошная польза от психологии.

Автора — на мыло!

Некоторые язвительные комментаторы неоднократно намекали, что было бы неплохо в продолжение существующего цикла написать статью «Чем опасен Олег Сатов?» и разобрать в ней себя по косточкам. Здравая идея. Давно напрашивалась. Давайте разберем.

К слову сказать, те три статьи из цикла «Чем опасен…», которые многие сочли наглой и неоправданной критикой, критикой вовсе не являются. Они представляют собой предостережение о некоторых ловушках, в которые можно попасть, если подходить к предмету бездумно. Поэтому написанное ниже также следует воспринимать как честное предостережение читателям и потенциальным клиентам о возможных заблуждениях, которые могут возникнуть при чтении этого сайта.

Во-первых, внесем ясность еще раз — я не психолог, не психотерапевт, не психоаналитик и тем более не психиатр. У меня нет психологического образования — у меня вообще нет образования, и если вас этот факт смущает, просто закройте страницу и не возвращайтесь сюда никогда.

Второе следует из первого. Все идеи и мысли, изложенные на сайте, являются не более чем частным мнением человека, который не принадлежит ни к какому профессиональному психологическому сообществу. Личное субъективное мнение одного из 7 миллиардов человек на Земле.

Третье. Идеи, предложенные на этом сайте, не вписываются и часто противоречат целям и принципам «настоящей психологии», однако это ни в коем случае не означает, что они правильнее или лучше. У традиционной психологии свой огород, у автора этого сайта — свой. И хотя автор ловко орудует общепсихологической терминологией, смысл, вкладываемый им в слова, может сильно отличаться от общепринятого в научном психологическом сообществе. Следите за контекстом.

Четвертое. Автор и далее намерен использовать психологическую терминологию в своих коварных целях, потому что описывать душевные проблемы языком христианства, буддизма или индуизма будет куда сложнее. К тому же, автор имеет склонность использовать по возможности наиболее простые понятия, прочно вошедшие в наш повседневный обиход. Вероятно, это само по себе будет создавать иллюзию принадлежности автора к психологической отрасли, что в корне не верно — не поддавайтесь.

Пятое. Автор намерен и далее, не имея на то никаких документально подтвержденных оснований, предлагать и продавать свои консультационные услуги. В связи с этим, потенциальным клиентам следует ясно осознавать, что предлагаемые консультации не являются «консультациями психолога». Как и было объявлено с самого начала, автор продает «частные дружеские консультации по личным вопросам», а не услуги психолога или, тем более, психотерапевта.

Шестое. Не будучи связанным правилами профессионального психологического сообщества, автор не обязан соответствовать требованиям этического кодекса «настоящего психолога».

Седьмое. Несмотря на отсутствие необходимости следовать этическому кодексу психолога, автор во всех смыслах стремится соблюдать требования законов РФ, касающиеся предоставления платных консультационных услуг, и берет на себя обязательства по соблюдению конфиденциальности и других очевидных требований в отношениях «клиент-консультант».

Восьмое. Автор часто и намеренно перегибает палку в своих статьях, доводя идеи и используемые для их иллюстрации примеры до абсурда, дабы сфокусировать внимание читателей на каком-то тонком моменте, который можно разглядеть только при большом увеличении. Поэтому нельзя воспринимать сказанное слишком буквально — можно расшибить голову о пол.

Девятое. Автор регулярно сам себе противоречит и вообще в силу специфики обсуждаемых на сайте вопросов отказывается блюсти последовательность в изложении. В разных контекстах одно и то же слово может использоваться в противоположных значениях — расплата за ненаучный подход к делу.

Десятое. Многие материалы на сайте со временем устаревают и потому могут быть опровергнуты или поставлены под сомнение более новыми статьями. Более поздние материалы и изложенные в них идеи следует считать наиболее актуальными и взвешенными.

Что у нас теперь в сухом остатке? В сущности ничего не изменилось — вы видите перед собой все тот же сайт и читаете очередной опус того же автора. Нравится? Отлично! Относитесь ко всему происходящему здесь как к психологическому шоу, и если оно наводит вас на какие-то новые интересные мысли о своей жизни или хотя бы по-хорошему развлекает, значит, цель достигнута — приходите еще за новыми впечатлениями.